Умирающие деревни

   ...В длинной очереди к кассе в большом магазине впереди стоящий высокий плотный мужчина оборачивается ко мне:
  - Как много людей сегодня.
  - Суббота. Из деревни приехали закупаться.
   Как оказалось, мой собеседник тоже из деревни – из Тишанки Лукьяновского сельского округа. 
    - Говорят, разъезжается ваша Тишанка, - затрагиваю больную тему. – Мало кто остался…
  Мужчина кивает. 
   - И десятка семей не наберётся, -  сокрушённо взмахнув рукой, в сердцах продолжил. -  Понимаете, я там родился, все свои 66 лет прожил. Там всё родное… Семья брата живёт.
   И спросил меня:
  -  Были когда в нашей деревне?
  - Конечно, когда работала в редакции, в командировки ездила. Давненько это было…  Помню, уютная, средь леса, деревушка, тихая. Вдали от больших дорог и шума. Недаром Тишанкой назвали.
  Мужчина в знак согласия кивает. 
  - И лес, как нарочно, заболел, пропадает. Местный лесничий был, смотрел, что случилось  с деревьями…
    …В 60-е годы массово исчезали малые сёла как бесперспективные. Похоже, история повторяется. Уже разъехалась Ново-Павловка. В октябре прошлого года мои гости-алматинцы захотели посмотреть мёртвую деревню. Не из простого любопытства – там жила и похоронена моя тётя Нюра – Анна Кузьминична Чалая. Некогда передовая доярка, телятница совхоза «Комсомольский». Пошли пешком, семь километров одолели не все. Побывали на кладбище, на могилу тётушки положили полевые ромашки, а потом ступили на оставшуюся единственную улицу деревни…
   Зрелище – душераздирающее… Улица добротных домов, и – ни единой живой души… Этих двухквартирных домов - в пределах десятка, может, чуть более. Последние строились, наверное, в конце 80-х. Кирпич – новёхонький, хозяйственные постройки крепкие. Есть даже недострой. Брошен большой дом на одного хозяина. Хоть сейчас заходи и живи. В начале улицы, со стороны Лукьяновки, дома куда постарше, их и бросили раньше других. Об этом можно догадаться по сплошной заросли клёнов, густо переплетённых между собой и со всех сторон – пробраться без топора нет никакой возможности. Эти дома в сплошных «джунглях» клёнов выглядят неприступными крепостями. Больно и горько смотреть на них, тем более, если знаешь, какие люди там жили много-много лет. Любили, деток рожали, трудились, много разных событий пережили, похоронили здесь родных…
   Те дома, что брошены позже, не успели обрасти клёном. Вокруг них стоят высокие заросли высохшей сорной травы. Решили посмотреть в окна одной квартиры, к которой можно было свободно пройти. Бутылки, банки валяются на полу, стоят на оставшейся мебели. Ящики столов, шкафов выдвинуты. На подоконниках стоят засохшие цветы… Следы чьей-то жизни… 
   Но окон выбитых не видели. У одного гаража из хорошего кирпича сняты металлические ворота, а внутри  - тот же бардак, что и в доме: валяются жестяные банки и много всякого хлама. 
    И всё же одна усадьба оказалась жилой - на выходе к дороге на Одесское. На верёвке болтались полиэтиленовые пакеты, несколько собак на привязи в разных концах подворья дружно залаяли, завидев чужаков. Замычала скотина. Эту семью знаю, они держат большое хозяйство. В Ново-Павловке хорошие естественные пастбища с разнотравьем. Хозяйку усадьбы, Галину, одесситы видят на субботнем рынке, она много лет торгует продуктами своего производства.     
   С другой стороны улицы, тоже на самом краю, раскинулась территория крестьянского фермерского хозяйства Сергея Паршуткина. Очень ухоженная, трава выкошена, техника стоит рядочком. Возвышается аккуратный двухэтажный дом-офис фермера. Видна рука хозяина. Кстати, сам Сергей – новопавловский. Отец, Борис, управляющим здесь работал, мать, Галина Жукова, - бригадиром в животноводстве. 
   … Уходим в сумерках, оборачиваемся напоследок глянуть на опустевшую деревню. Грустно…
   Ново-Павловка и Тишанка – не единственные в своей беде. Разъезжается Бобровица Ореховского сельского округа – тоже уютная, лесная – чудо для нашей степи, всего несколько домов осталось, где ещё живут люди. Семьи с детьми, молодёжь уже давно уехали, остаются, как и в Тишанке, в основном пенсионеры… Список деревень, откуда идёт активный отток населения, к сожалению, можно продолжить…  Процесс безостановочный. Ратовать за восстановление – бессмысленно. Призывы создавать рабочие места – пустой звук. Кто в малых сёлах будет создавать производство? Какое? Социалистическая система хозяйствования выстроила совхозы и колхозы с отделениями в малых сёлах, где и растениеводство развивалось, и животноводство, эти отрасли стабильно предоставляли рабочие места. Сейчас система рухнула, а с ней – и малая деревня.
   Зачем тогда пишу об умирающей деревне? Чтоб выразить великую печаль и сожаление по поводу того, что в очередной раз мы разрушаем, вернее, уже разрушили то, что можно и нужно было сохранить в своё время. Опоздали. Очень жаль, что уходит первозданная деревня, самая настоящая, которая воспитала не одно поколение землепашцев и патриотов своей Родины - без всяких специальных образовательных программ. Деревня просто жила и трудилась в поте лица. И учила детей на примере их отцов и матерей отношению к труду, закаляла, прививала любовь к сельскому укладу жизни…
   Сейчас деревня истощается, зато за счёт неё пухнет город, превращаясь в мегаполис. Ведь многие деревенские едут именно туда - за лучшей долей. И совсем скоро может наступить время, когда некому будет и на комбайны сесть, и коров доить. Ведь кадровый голод на селе уже очень ощутим. Обольщаться не надо: искусственный интеллект с этим не справится. Он может заменить человека лишь на отдельных этапах производства. 
   … На днях дошла весть, что Ново-Павловку покинула последняя семья...

Татьяна Пелих. Фото автора.